alex_mistch (alex_mistch) wrote,
alex_mistch
alex_mistch

Categories:

Омск взят! Воспоминания комиссара 27 дивизии Андрея Павловича Кучкина.

К столетию событий, о которых сейчас не слишком активно вспоминают, повторяю свой давний пост по воспоминаниям очевидцев.


В этом посте опубликованы фрагменты книги воспоминаний комиссара 27 дивизии Красной Армии, участвовавшей во взятии Омска, Андрея Павловича Кучкина (1888-1973).


А.П. Кучкин. Фотография сделана, вероятно, в 1940-50-е гг.
Мемуары были написаны им к 50-летию событий - в 1969, что, безусловно, наложило свой отпечаток, так же как и идеологическая составляющая. Тем не менее, весьма интересно описание Омска первых дней после падения власти адмирала Колчака и взятия его красными.

А.П. Кучкин (на фото справа) с комсоставом 27 дивизии. 1919 г.


В Петропавловске начальник дивизии устроил смотр некоторым полкам в день выхода их из города для продолжения наступления. Красноармейцы были одеты и обуты плохо, по-летнему, а начались уже сильные морозы. Ботинки на многих были рваные, без подметок. Такие ботинки обматывали кусками овчин и одеял, тряпками. Несмотря, однако, на плохое обмундирование, недовольства никто не высказывал, и все согласились со мной, когда я заявил:
— Возьмем Омск — будет все. Там у Колчака огромные запасы.
— До Омска босиком добежим! — шутили бойцы в ответ. — В походе согреемся! Легче будет без зимнего-то догонять колчаковцев.

Советский агитационный плакат. 1919 г.


По плану Реввоенсовета республики взятие Омска возлагалось на 3-ю армию, двигавшуюся левее 5-й армии. Но, учитывая стремительное движение 27-й дивизии, Тухачевский 11 ноября поставил перед ней задачу захватить столицу Колчака — Омск. Задача была почетная. Работники штаба дивизии, ее руководящий состав были горды успехами дивизии и оказанной ей честью.

Начдив 27 дивизии И.Ф. Блажевич.
Получив директиву командарма, Блажевич, Шарангович и я засели 12 ноября за разработку боевого приказа командирам бригад. 3-й бригаде предписывалось 13 ноября начать решительное наступление, чтобы 14 ноября двумя полками подойти к Омску с юго-запада, а одним двигаться в направлении станций Куломзино — Омск. Отряд из полковых конных разведчиков при поддержке бронепоезда и артиллерии должен был захватить железнодорожный мост через реку Иртыш и не дать, таким образом, противнику возможности взорвать его.
https://pastvu.com/_p/d/9/8/i/98i2hwli503k93spb7.jpg
Аэрофотосъемка: Омский железнодорожный мост. 1919 г.
В обход Омска с юго-запада были направлены 241-й и 243-й полки, а 242-й должен был двигаться вдоль линии железной дороги. 2-й бригаде, находившейся в резерве, было приказано двигаться на Омск в направлении кожевенного завода, примыкавшего к городу. 1-й бригаде предписывалось 14 ноября овладеть северной частью города.
Поскольку Иртыш еще не был крепко скован льдом, бригадам было приказано быть готовыми к устройству легких переправ по тонкому льду. Все было сделано для обеспечения успеха. После занятия Омска части Красной Армии должны были продвинуться за пределы города, окружить его кольцом и не дать возможности вырваться из него войскам Колчака.

Бронепоезд "Красный Сибиряк" 1919 г.

Получив приказ, полки стремительно двинулись вперед.
«Даешь Омск! Даешь столицу Колчака!» — этот лозунг, выдвинутый самими красноармейцами, вызвал соревнование между частями дивизии: каждая бригада, каждый полк хотел первым войти в город. В боях и походах, продвигаясь к Омску, красноармейцы показывали чудеса храбрости. Несмотря на морозы и глубокие снега, они делали переходы по 30–40 километров в сутки, а 2-я бригада совершила один переход протяженностью 105 километров.
Чем ближе части Красной Армии подходили к Омску, тем сильнее был порыв. Устали не знали. Мороз — нипочем. Развалившиеся ботинки заматывали тряпками. Худые валенки затыкали соломой и перевязывали веревками. Невзирая на трудности, бойцы неудержимо шли вперед.
Любино взорванная водокачка


Полки 27-й дивизии стремительно приближались к Омску. Никто за Иртышом не подозревал о надвигавшейся опасности. Там имелись сведения, что красные находятся от Омска на расстоянии, превышавшем 100 километров. Властям Омска казалось, что это расстояние советские войска смогут пройти не меньше чем за неделю. Поэтому жизнь в Омске шла своим чередом. Население города знало, что против красных брошены лучшие силы Колчака, что на линии железной дороги действуют бронепоезда. И кое-кто надеялся, что движение красных на подступах к Омску будет приостановлено.
Файл:Агитационный плакат армии Колчака.jpg
Агитационный плакат армии Колчака. 1919 г.
И вдруг — словно гром среди ясного неба: 14 ноября в 10 часов утра после короткого боя в районе кожевенного завода в Омск ворвались бойцы 240-го Тверского полка во главе с В. И. Шрайером. Почти одновременно в другую часть города ворвался 238-й Брянский полк во главе с Ф. В. Зубовым. Полки 3-й и 1-й бригад обошли Омск с юга и севера. На станцию Омск ворвался 242-й Волжский полк во главе с С. С. Вострецовым. Железнодорожный мост был захвачен целым и невредимым.

Знамена 27 дивизии.
В стане белых начался переполох: гарнизон Омска не был подготовлен к сражению. Правда, некоторые его части схватились за оружие и пытались оказать сопротивление, но к вечеру были разгромлены.
Белые в панике метались в разные стороны, однако, убедившись, что попали в огненное кольцо, стали бросать оружие и сдаваться в плен. Лишь незначительная часть вражеских войск сумела вырваться из окружения.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/c6/Sibir_poxod-1.jpg
Отступление каппелевских частей. Ноябрь 1919 г.
Итак, Омск пал. Пал, хотя Колчак и цеплялся за него изо всех сил, твердя, что «Омск немыслимо сдавать. С потерей Омска — все потеряно».

К вечеру 14 ноября город был очищен от сопротивлявшегося врага. Столица Колчака перешла в руки Красной Армии. Это была большая победа. Захваченные нашими частями трофеи не поддавались точному учету. По предварительным данным, в плен попало 40 тысяч вражеских солдат, свыше 1 тысячи офицеров, 3 генерала. Были захвачены: 41 орудие, 3 бронепоезда, свыше 1 тысячи пулеметов, десятки тысяч винтовок, до 200 тысяч ручных гранат, полмиллиона снарядов, миллионы патронов, сотни паровозов и автомобилей, тысячи вагонов, эшелоны и масса складов с интендантским, артиллерийским, инженерным и санитарным имуществом.
Сообщение о победе понеслось в штаб армии, а оттуда в Москву:
— Омск взят!
https://pastvu.com/_p/d/5/y/f/5yfr32t5vwaiflgpws.jpg
Красноармейцы в Омске. Любинский (Чернавинский) проспект. Ноябрь 1919 г.
За этот геройский подвиг 27-я дивизия была награждена ВЦИК Боевым Красным Знаменем, а приказом Реввоенсовета Республики названа «Омской».
В тот момент, когда передовые части 27-й дивизии ворвались на окраины Омска, штаб дивизии находился в вагонах, не доезжая нескольких станций до Омска. Известие о взятии города было встречено с восторгом.

Знамя 27 дивизии.
Я решил немедленно выехать в Омск. Так как железная дорога на десятки верст была забита колчаковскими эшелонами, походными госпиталями, эвакуировавшейся буржуазией, вагонами с огнеприпасами, продовольствием, обмундированием, то я приказал сгрузить с вагона-платформы легковой автомобиль, находившийся в моем распоряжении. Через полчаса на нем мчались в Омск комиссар дивизии, председатель Революционного трибунала дивизии С. Т. Галкин, заместитель начальника политотдела дивизии М. Крехова.
— Почему так много подвод и людей около вагонов? — спросил я, обращаясь к ехавшим со мной товарищам.
— Идет грабеж колчаковского имущества, — ответил Галкин.
— Стой! — приказал я шоферу.
Машина остановилась. Мы вышли из нее и направились к вагонам.
Увидев военных, из вагонов стали выпрыгивать мужики, бабы. Они бросились на нагруженные всяким добром подводы и бежали.
— Да что вам, товарищи, жалко? Ведь это добро колчаковское! — недоуменно спрашивали крестьяне, когда мы заставали их в вагонах, следуя дальше к Омску.
— Нет, — отвечали мы, — это добро советское и растаскивать его нельзя, преступно.
— Колчак грабил нас, ну мы вот немного и возмещаем наши убытки, — говорили крестьяне и упрашивали не отбирать у них взятые из вагонов полушубки, валенки, материю.
Машине часто приходилось останавливаться, чтобы разогнать очередную группу грабителей. Галкин обычно стрелял в воздух из маузера, и они разбегались.
https://pastvu.com/_p/d/f/j/a/fjavtj58cqa5r1a5ru.jpg
Успенский собор. Омск. 1919 г.
Вблизи Омска навстречу нашему автомобилю двигался поток людей. Это были белоармейцы, которые десятками тысяч отправлялись в тыл. Все они шли нагруженные: кто тащил за собой салазки, а кто нес набитые доверху мешки.
— Что несете? — спросил я одного из пленных.
— Да вот маленько захватили колчаковского добра. Чай, недаром воевали!
Мы заглянули в мешки. Тут были и куски материи, и парфюмерия, и консервы, и новое обмундирование...
Я связался по прямому проводу со штабом дивизии и отдал распоряжение начальнику штаба выставить на дорогах заставы и отбирать награбленное.
Наконец, мы достигли Омска. Город кишел, словно муравейник. Шинели, рабочие блузы, сибирские поддевки, пуховые шали, бобровые воротники, дамские шапочки  — все смешалось в уличной толпе. Все куда-то спешили, многие нагружены «товаром». Оказалось, что и здесь шел грабеж вагонов и складов. Все хотели урвать что-нибудь для себя, пополнить свои запасы.
Я поехал на станцию Омск, откуда шли нагруженные антантовским добром жители и военнопленные. Там находился штаб 242-го полка. Чем ближе подъезжал я к вокзалу, тем гуще был поток встречных, осчастлививших себя обувью, одеждой военного образца, мануфактурой.
https://pastvu.com/_p/d/w/d/s/wdscs91kd5714xcmy8.jpg
Железнодорожной вокзал Омска. 1919 г.

Трудно бороться со стихийным грабежом. Командир 242-го Волжского полка С. С. Вострецов и комиссар Н. Н. Новосельцев бросили часть полка на борьбу с грабителями. Сам Новосельцев, бывший матрос, обвешанный пулеметными лентами и «лимонками» (гранатами), носился около вагонов с наганом в руке и наводил порядок. Достаточно ему было появиться, как грабители бежали без оглядки прочь от поездов и от станции.
С большим трудом удалось приостановить грабеж. Не обошлось, разумеется, и без расстрела наиболее «отличившихся» грабителей.
Около складов и вагонов были расставлены военные караулы.
Что же касается победителей, то они запаслись не только новым обмундированием и обувью, но и автомобилями. В центре города сновали десятки легковых машин, в которых разъезжали по делу и без дела командиры батальонов, рот, взводов. У каждого из них — «свой» автомобиль.
— Вот жизнь наступила! — шутили командиры. — Разъезжаем, словно министры его высокопревосходительства.
То тут, то там можно было видеть красноармейцев, которые вели пленных офицеров в штаб полка. Всех генералов и офицеров командир 240-го Тверского полка Шрайер сосредоточил в гостинице «Европа».

В Омске с колчаковскими офицерами произошло немало курьезных случаев. Город был взят так неожиданно, что многие из них не знали о перемене власти. Утром они встали и как ни в чем не бывало отправились на службу. Шли полные достоинства; начищенные денщиками пуговицы, погоны и прочие знаки различия горели огнем. И вдруг — нежданно-негаданно:
— Именем Советской власти вы арестованы!
У тех лезли на лоб глаза, подгибались коленки и багровели лица. Падали на землю набитые бумагами портфели...
И, действительно, разве не произошло «чудо?» Шли на службу к Колчаку, а попали в плен к красным.
Наблюдали мы на улице и такую картину. Около тротуара стоял грузовик, в его кузове — офицеры. Красноармейцы встретили идущего по тротуару генерала и вежливо попросили его забраться в кузов. Узнав, в чем дело, бравый генерал помрачнел, съежился, как будто хотел спрятаться, и покорно направился к грузовику. Красноармейцы втолкнули его в кузов.
https://pastvu.com/_p/d/1/y/3/1y3xp7cewbu8kanh0z.jpg
Омск. Здание судебных установлений. 1919 г.

Назавтра после взятия красными Омска вечером послышался страшной силы взрыв. За ним последовали второй, третий.
— Белые подошли к городу!
— Белые!.. Белые!..
Черная весть распространилась с молниеносной быстротой. Поднялась беспричинная стрельба. Жители попрятались в свои дома. Тогда рабочие стали вооружаться, чтобы помочь Красной Армии защитить город от белых. Ведь для них Колчак был злейшим врагом, и они готовы были умереть, но не отдать Омска.
Рабочие рассредоточились по всему городу. По собственной инициативе они организовали охрану площадей и улиц города и тщательно проверяли прохожих и проезжих. Моя машина тоже была остановлена. Проверив мои документы, начальник патруля, извиняясь, сказал:
— Время горячее. Слышите, какая пальба. Надо быть начеку. В Омске немало попряталось врагов.
Красноармейцам пришлось всю ночь пролежать в снегу на окраине города, охраняя подступы к нему. Рядом с ними лежали рабочие-добровольцы.
Наутро все выяснилось: белые подожгли на разъезде за Омском вагоны и склады со снарядами, чтобы они не достались Красной Армии. Небо полыхало красным пожарищем. Осколки снарядов падали на окраине города. Но вот, наконец, все успокоилось, паника прошла.
https://pastvu.com/_p/d/t/z/u/tzudb831iw7ou0u0cc.jpg
Железнодорожный мост через Иртыш, взорванный диверсионной группой белых уже после отступления из Омска. Ноябрь 1919 г.


27-й дивизии в качестве «трофеев» достались больные тифом белоармейцы. Они бродили по улицам Омска, как тени, валялись у заборов. Все госпитали в городе были переполнены тифозными. Масса трупов. Омск представлял собой очаг заразы. Назначенный мной комендант города военный комиссар артиллерии дивизии Вольдемар Бюллер сбился с ног, наводя порядок в городе и принимая меры по борьбе с тифом. Он часто приходил ко мне как к начальнику гарнизона и просил предоставить в его распоряжение красноармейцев 1-й бригады, находившейся в Омске, чтобы хоть очистить город от трупов.
IMAGE0002
Начиная с Омска, эпидемия тифа охватила всю 5-ю армию. Много красноармейцев выбыло из строя вследствие болезни. Тиф почти прервал работу политотдела дивизии — подавляющее большинство его сотрудников заболело. Насколько страшна была эта эпидемия, свидетельствует тот факт, что она унесла больше жизней, чем колчаковские снаряды и пули. Этот новый фронт был не менее опасным для Советской республики, чем Колчак. Большого напряжения сил и средств потребовал он от советского народа.
госпиталь



Во время пребывания штаба дивизии в Омске я стал получать жалобы от крестьян близлежащих сел и деревень на недопустимое поведение некоторых красноармейцев, особенно обозников. Крестьяне жаловались на то, что у них незаконно и безвозмездно забирают лошадей, коров, фураж, не платят за подводы и продукты питания.Бывали и такие случаи, когда под видом красноармейцев действовали бывшие колчаковцы или просто уголовные элементы из гражданского населения.
Безымянный


В Ново-Николаевске и его окрестностях, так же как в Омске и других городах, было обнаружено огромное количество трупов расстрелянных и растерзанных озверелыми колчаковцами мирных жителей и пленных красноармейцев.
https://pastvu.com/_p/d/i/c/q/icqg7mvrkm5i1ttbw0.jpg
Похороны расстелянных колчаковцами при отступлении. Ноябрь 1919 г.


Фотографии для поста взяты из книги Кучкин А.П.В боях и походах от Волги до Енисея, Энциклопедии Омска, сайтов: https://pastvu.com/, http://siberia-miniatures.ru, https://ru.wikipedia.org, http://lib.omsk.ru/ip/evseev/, жж irma_wurst, stariy_voin.
Tags: История города, Старый Омск
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments